В примерах, приводимых в этой части, ферзи жертвовались в основном в закоулках сумасшедших вариантов сложнейших партий.
Стоит, стоит иногда поплутать по разветвлениям запутанных вариантов…
До сих пор, как-то так получалось, что в героях ходил всё больше чёрнопольный слон, и поэтому, чтобы было не так обидно слону белопольному, приведу пример и его возможного доблестного поведения.
А помочь разобраться в случившемся, и в том, что могло произойти, мне очень помогли комментарии Сергея Шипова с сайта www.wcr.ru
В оправдание своей «литературной» (но не шахматной!) лени, приведшей к тому, что преамбула к этому фрагменту вышла достаточно куцей, скажу, что жертва ферзя сама по себе является вполне самодостаточной эстетической единицей.
К тому же она была обнаружена в дебрях анализа классической партии. А анализировал и комментировал этот поединок (впрочем, как и все партии этого прославленного соревнования) классик этого жанра — Александр Александрович Алехин, 4-й чемпион мира, человек, победивший Капабланку, мой любимый «досоветский» вельтмейстер…
До этого фрагмента по замыслу должен идти фрагмент, основанный на реальных событиях 6-й партии этого мачта 🙂
* * *
После такого «мощного» фрагмента с потугой на философские размышления, для разрядки, для разминки и просто для отдыха предлагается мини-фрагментик из партии того же матча
8. Корчной — Карпов
Финальный матч претендентов, Москва, 1974