Дрезденская галерея (особый зал), часть 4-я
Миг вожделенный настал: окончен мой труд многодневный.
Что ж непонятная грусть тайно тревожит меня?
Или, свой подвиг свершив, я стою, как поденщик ненужный,
Плату принявший свою, чуждый работе другой?
Иль жаль мне труда, молчаливого спутника ночи,
Друга Авроры златой, друга пенатов святых?
«Спионерив» начало у Пушкина, и изменив там одно слово, лихо начинаю четвёртую часть того, что умные люди определили, как «актуальную злободневную теоретическую статью». Для меня всё уже завершено, но будут ещё партии, ещё «испанки», ещё Маршаллы...